Гимназия Жуковка

Наш почтовый адрес:
143033, Московская область, Одинцовский район, п/о Горки-2, "Гимназия"Жуковка"

             

 

         

 

ПисьмоКарта сайтаПосмотреть заставку

143082, Московская область, Одинцовский район, поселок Жуковка-1, детский сад, лит. Б.   тел. (495)984-46-99, (495)970-46-66, (495)635-42-03

 
ГлавнаяСемейные ценностиИстория моей семьи в истории моей страны

История моей семьи в истории моей страны

ДОРОГА  ДЛИНОЮ В ПОЛВЕКА...

Бычкова Софья, 9 кл.,  3 место

    Можно много рассуждать о роли личности в истории. Но никакая биография людей, даже великих, не трогает так, как биография твоих предков. Людей, чья кровь течет и в твоих венах, чей разрез глаз, телосложение или характер передался и тебе.

У меня в семье было много необычных и интересных людей. Но чтобы написать про каждого из них, нужна целая книга. Мне хочется рассказать про своего прадедушку, чешского разведчика и политического деятеля Карела Смишека. В нашей семье он, безусловно, сыграл важную и весьма неоднозначную роль.

Моя бабушка Люба, его дочь, никогда не видела отца. И вот почему. В великой стране Советов посчитали, что он неугоден «красному строю», проще говоря, объявили его «врагом народа». И, конечно, это отразилось на ее судьбе не самым лучшим образом. Так, например, тогда молодой девушке Любе был заказан путь в какие-либо ВУЗы, кроме технического. Ну и конечно, она страдала от неполноты своей семьи. А ее мать просто молчала, никогда не упоминая так быстро пролетевшие годы романа с моим прадедом...

Потом, гораздо позже, когда она была уже взрослым, состоявшимся человеком,  бабушке вдруг стали приходить письма из Чехословакии от жены Карела. Выяснилось, что Люба – единственная дочь своего отца, о которой он всегда помнил… В то время великий человек – мой прадед - был уже мертв… Но он все  же оставил свой след в истории и в сердце бабушки Любы. Однажды, спустя много лет, открыв журнал «Огонек», она случайно увидела такую же фотографию, которая всегда стояла перед ее глазами: это единственное, что осталось у нее от отца, и моя бабушка уж точно не смогла бы перепутать его изображение в журнале с кем-то другим. Наверное, нет ничего волнительнее, чем, сидя с главным журналом страны в руках, вчитываться в строки некоего автора, ведающего о том, что Карел Смишек не какой-нибудь «враг народа» и не самое последнее существо, а прекрасный, великий и сильный духом человек! К сожалению, в нашей семье остался только обрывок этой статьи под впечатляющим названием «Дорога длиною в полвека». Она целиком и полностью посвящена моему прадеду Карелу Смишеку и с детальной подробностью описывает важнейшие факты его биографии. Но, к несчастью, я не могу перенестись в 60-е годы прошлого века и вместе с моей бабушкой  вчитаться в эти интересные строки…

Автор статьи, В. Журавский, рассказывает о своем визите в семью Смишек (видимо, в те самые годы, когда прадед был еще жив). Как он был очарован домом и теплым приемом пожилой четы! В. Журавский пишет, как «встретил его на пороге высокий, крупный седовласый человек, в прошлом, судя по всему, богатырь», «крепко, как молодой, пожал ему руку» и пригласил в дом по-русски, «с легким сибирским ударением на букву «О». «Уютно гудит самовар, по-славянски гостеприимно хлопочет у стола Квета Антоновна, жена и боевая подруга Карела Йозефовича...». Кажется, я уже как наяву представляю согретого в лучах чешского гостеприимства автора, с интересом слушающего моего прадеда, сыплющего фактами, датами и именами из своей жизни и истории Советского Союза… «Будь самовар с цистерну, - шутит Карел Йозефович, - все равно не хватит нам времени для нашего разговора». И дальше автор комментирует: «И это верно. Потому что много дел свершил Карел Смишек за свою жизнь. Об этих делах должны знать люди...»

По правде сказать, маленький клочок статьи, который бережно хранит моя мать, далеко не полностью передает список великих дел моего прадеда. Но там можно найти основное: описание вступления Карела в социал-демократическую партию в 1912 году, его мобилизацию вместе с другими солдатами на Восточный фронт, путешествие через всю Россию и то, как он попадает в Сибирь, которая «делает его человеком, потому что там много тогда было прекрасных революционеров, большевиков». Живя в Омске, мой прадед стал руководителем марксистско-ленинского кружка вместе с другом и товарищем Смотровым, который позже погиб, «сражаясь за власть Советов». В чешском восстании, в котором участвовал Смотров, активно действовал и Карел, «сражавшийся на стороне России и принявший красное знамя от своего учителя и старшего товарища, которое он пронес сквозь всю свою жизнь». Затем в статье рассказывается про долгие мучительные годы подполья и его активной просоветской деятельности на родине – в Чехии. Как человек, смотрящий на своего предка со стороны, сквозь пыль вековой истории, я могу охарактеризовать его деятельность как «яро коммунистическую», а его самого как человека, который  принял участие в становлении коммунистического строя в Чехословакии. Не могу сказать, что я, живя в ХХI веке, одобряю его деятельность. Но таковы были его время и путь, и не мне судить о его поступках. Однако я могу точно сказать, что горжусь им  как личностью, и неважно, в каком направлении он действовал в те сумбурные времена.

Статья В. Журавского заканчивается описанием самых ужасных событий в истории Советского Союза - Второй мировой войны. И тут, когда на Страну Советов, вторую родину моего прадеда, напала фашистская Германия, опытнейший связист, радиотехник и шифровщик Карел Смишек ринулся в бой, а именно: по заданию партии разыскивал военные кадры для выполнения важных задач на оккупированных фашистами территориях, решал почти невыполнимые задачи. Плечом к плечу сражаясь с Яном Швермой и Клементом Готвальдом, он все-таки дожил до полной победы над фашистами и остался цел и невредим. И, как написал автор статьи, «народ победил, победил его чехословацкий Октябрь!» Мой прадед пережил эти годы. Его не согнули ни семь десятков лет, ни две мировые войны, ни три революции. И под конец жизни он заслужил свое право на покой. Хотя... статья заканчивается словами Смишека: «Да, формально я на пенсии. Но коммунисты в отставку не выходят!»

 

 

ДЕДУШКА, ПРОСТИ!

     Чернова Варя, 9 кл.,

 2 место

    

 Как обычно, вечером дед сидел за письменным столом в своей комнате.  Свет настольной лампы падал на стопку пожелтевших от старости писем, блеском отскакивал от орденов и  пустых помятых гильз , бликами отражался  в осколках снарядов. Дедушка любил перебирать свои «драгоценности» времен Великой Отечественной войны, которые бережно хранились в  маленьких ящичках и тщательно запирались на ключ.  Он  вглядывался в каждую их вмятинку,  в каждую  трещинку через толстые линзы своих очков. Дедушка сидел тихо, казалось, что можно было услышать, как потирает лапки муха, обыкновенно сидящая на ободке лампы.  В последнее время он все чаще морщился и держался за сердце. Вдруг дед побледнел и украдкой положил под язык валидол. Приехавший врач сказал, что необходима операция. «Внученька, прибери тут на моем столе, я скоро вернусь»,- прошептал дедушка. Попросил меня, его внучку! Только меня и больше никого!

     Я поднялась наверх, в  его комнате остался гореть свет, письма лежали вперемешку с фотографиями, а ящики были открыты…

     Я уже заканчивала складывать письма, когда раздался телефонный звонок. Звонила  подруга из Берлина: «Алло! Варя, я купила билеты, прилечу через две недели! Запиши номер рейса, а то опять все перепутаешь!» В полумраке машинально я схватила какой-то клочок бумаги со стола, записала то, что продиктовала Алина и сунула его в карман.

    Деду в больнице стало немного легче, он уже потихоньку ел то, что мы ему приносили, особенно радовался свежему черному хлебу (мы специально покупали его рано утром в булочной напротив). Приближался день операции. Мы не знали, как подбодрить его, старались развеселить. Но он уже не смеялся как раньше, искренне и заразительно. Было заметно, что дед волнуется. Накануне  важного дня  он тихо попросил, чтобы я принесла ему орден Победы (все другие награды дед не очень-то жаловал, всегда говорил, что не сделал ничего особенного, просто защищал свою Родину) и маленькую старую фотокарточку, которую он оставил на столе рядом с лампой.  «Пожалуйста, внученька, это очень важно для меня, такой момент, ты понимаешь», - прошептал он.

     Фотографию я найти не смогла. Я перевернула весь стол, проверила все ящики и шкатулочки.  Ее нигде не было. Сказать,что дед был огорчен, значит, ничего не сказать. У него нервно подрагивали пальцы, выступил пот над верхней губой, мне показалось, что через секунду он заплачет. «Это плохой знак»,- повторял дед. «Мы поклялись беречь эту фотографию  до последнего вздоха…а я потерял…у меня нет ничего дороже…» - всхлипывал он. А я рыдала вместе с ним, потому что догадалась, что это я взяла ее в темноте, чтобы записать номер рейса и потеряла. Дедушка, милый дедушка, он ещё успокаивал меня, беспокоясь, что своим рассказом так расстроил свою любимую внучку. Если бы он знал правду. Стыдно! Обидно. Больно… Он говорил, как это важно для него, что это последняя память о его друзьях, о тех майских днях 45-го, когда они в Берлине узнали о Победе. Он рассказывал  мне про своих однополчан.  Друзья погибли почти сразу: один от ран в госпитале, другой - от разорвавшегося снаряда (именно эти осколки бережно хранились дедом). В самые трудные минуты он брал эту фотографию в руки и долго рассматривал. «Она, как талисман, спасала  меня от хворей и хандры»,- чуть слышно шептал дед.

    Вернувшись домой, я опять стала перебирать дедушкины бумаги, прокручивая в памяти все события того вечера. Приступ. Скорая. Звонок. Самолет из Берлина. Алина. Пишу номер рейса на клочке бумаги. Кладу в карман. Карман! Карман!!! Стремглав бросаюсь к шкафу. Действительно, в левом кармане спокойно лежит та самая фотография. Я первый раз почувствовала себя по-настоящему счастливой! Завтра  утром я побегу к деду, отдам ему записку, я объясню врачу, как это важно, как это нужно ему, моему дедуле.

    Ночью дедушка умер…

    Мы приехали в больницу. Люминесцентные лампы освещали пустую палату.  Его кровать была заправлена. Мама стояла у окна и тихонько плакала. Врачи  у выхода  что-то объясняли папе. Я достала из кармана маленькую карточку. Три худых, измученных, но таких счастливых молодых парня в военной форме,  обняв друг друга, улыбались с тусклой фотографии. Какой же красивый и молодой на ней мой дед! Эта его улыбка, эти его ямочки на щеках, такие же, как у меня! В уголке наискосок,  размытая временем,  надпись: «Победа! Ура! Встретимся на  Красной площади через год» .

     Я чувствовала себя виноватой, гладила фотографию, которую должна была вручить любимому дедушке, и пыталась понять, почему все случилось именно так.

 Только  дома я обо всем рассказала маме, мы обе плакали, и обе знали, что эта фотография - наша семейная реликвия,  что отныне мы будем хранить ее, а когда-нибудь я обязательно расскажу эту историю своим детям и покажу старую фронтовую фотографию, и они тоже будут хранить ее как память не только о дедушке, но и как память о подвигах, о Победе, о победах…

 

 

КАК ПОДСОЛНУХ, КАК СОЛНЫШКО...

 

Белякова Кристина 8 кл.,

номинация «Особое мнение»

 

Все желтое. Подсолнухи, лучи солнца. Ее волосы, как одуванчик. Она бежит ко мне по полю и хохочет. А я, как ни странно, радуюсь. Забываю об этой ужасной ревности, обо всех обидах, о зависти.

Она родилась, когда мне было девять. Я ее любила, люблю и буду любить, но она никогда этого не понимала, да и, скорее всего, не поймет. Когда я с ней ,то постоянно злюсь. Не на нее, на себя. Злюсь, что не вижу мир таким, как она, – добрым, смешным, весёлым. Злюсь и хочу научиться у нее этой бесшабашной веселости. Злюсь, что так глупо ревную к ней родителей . Злюсь, что она не задумывается о том, что может случиться завтра.

Мы нечасто проводим много времени вместе. Ей со мной скучно, мне с ней тоже. Но иногда мы ссоримся: я убегу от нее, а она приходит минут через пятнадцать и просит: «Кристинка, поиграй со мной, пожалуйста, в куклы». В этот момент я бы ей отдала сердце, печень, почки и еще пару-тройку жизненно важных органов.  Мы обе забываем, что мне уже не пять лет, и играем  какими-то  головастыми кусками пластика. Сейчас для нее это прекрасные феи,  а я пытаюсь вспомнить то время, когда  считала так же.

Она очень упрямая! Если уж хочет чего-то, обязательно добьется. Этой ее особенности я тоже завидую. Мама говорит, что она «не по-детски упорная», а я бешусь. Вобьет себе что-то в голову и не успокоится, пока не сделает по-своему. Ходит по дому и визжит, как раненый дельфин, а сама одним глазом косит, наблюдает за реакцией. И главное, как выполнишь ее требования, моментально успокаивается, как будто ничего и не было.  А иногда она говорит мне: «Кристинка, ты самая лучшая на свете сестра. Ну, довольно хорошая». А мне  досадно:  почему же я не могу быть лучшей сестрой?

Моя сестрёнка - человек-крайность. Либо ужасно веселая, либо  чрезмерно плаксивая. Либо с длинными локонами, либо с тугими змейками африканских косичек. Либо не ест ничего, либо целый день питается исключительно продуктами, содержание сахара в которых зашкаливает. Со сладким у нас отдельная история. Из-за него у моей сестры живот, как у маленького бегемотика, а зубы, как швейцарский сыр.

 Внешность у нее вообще замечательная: глаза, как мои, только красивее. Такие, как камень «тигровый глаз»:  на свету по-кошачьи желтые, чуть хитроватые, а в тени - топленый шоколад.

И волосы жёлтые-жёлтые, как подсолнух, как солнце…

 

МОЯ БАБУЛЯ...

Масленникова Даша ,6 кл

 

В маленькой подмосковной деревеньке, у речки Вяземки, стоит дом. Он окружен садом, и сейчас в нем так пахнет яблоками! Как футбольные мячи, гоняют их собаки.  В доме тоже пахнет яблоками. В этом яблочном царстве живет моя бабушка, Вера Михайловна Масленникова.

Нас в семье сейчас трое: мама, бабушка и я (мой папочка умер в прошлом году). А кто же у нас главная сила? Это бабушка. Она всех поддержит в трудную минуту, ободрит словом, а может, и песней. Накормит так вкусно,  кажется, вкуснее нет ничего на свете! Моя бабушка научила меня готовить шарлотку из яблок, печь яблочный пирог с вареньем, делать печенье «Поцелуйчики» из творога. Когда-то все это очень любил папа. Теперь бабушка печет их и угощает нас, мы вместе вспоминаем папу, стараясь не плакать.

А еще мы  с бабушкой любим кататься на роликах и велосипедах летом, а зимой на коньках.

Как-то бабушка рассказала мне о своей собаке Жульке, которая была у нее в детстве. Сохранила для меня и ее фотографию. А когда у нас с бабушкой плохое настроение, мы любим стирать все руками, чтобы разбрызгивалась пена, и громко петь песни.

Я многому учусь у бабушки. «Главное в жизни - верить в лучшее и радоваться всему, что у тебя есть!» - вот девиз моей бабушки. И я стараюсь следовать ему в жизни. Научи меня этому, моя любимая бабуля.


версия для печати


 
Rambler's Top100